Меню
16+

Еженедельная общественно-политическая газета Зерноградского района «Донской маяк», тел. 41-1-51, 42-0-53

25.02.2016 14:21 Четверг
Категория:
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!
Выпуск 5 от 05.02.2016 г.

Русская в Абруццо - лосось среди мерлуццо

Автор: Ольга Тиасто
Писатель
Источник: https://www.google.ru

ГЛABA 19.

ЗEMЛETPЯCEHИE B AБPУЦЦO.

- "Ты видела фильм"Апопапликс нау"?...

(Марчелло К.) “

И опять в Абруццо ничего не происходит. Греются на солнце пляжи, виноградники и огороды.

И Романо щётки свои продаёт на базаре, и Скрофетто, лишённый водительских прав, пешком семенит в своей войлочной шляпке в бар.

И Эрколе Малагрида, мелкий мошенник, ещё на свободе, но уже начинает нервничать- стал в последнее время очень религиозным. Когда едут они поутру с помощником Винченцо по их нечестным делам- Эрколе видит на обочине мадоннину* и просит остановиться.

-Ты не против?- спрашивает у Винченцо.

-Ну, что ты.- Винченцо думает что тому, быть может, приспичило по нужде- и глядит с удивлением, как "босс" опускается в пыль на колени перед маленькой мадонной и крестится, и целует что-то, что висит у него на шее...Тут только Винценцо замечает, что это- не ямайские бусы, как он думал раньше, а розарио- деревянные чётки с крестом.

И мы гуляем с Киккой, как обычно мы это делаем по утрам, останавливаясь у некоторых витрин. На многих дверях магазинов висят фальшиво-сочувственные объявления: " К сожалению, я не могу войти" или "Я подожду снаружи" рядом с картинкой грустной собаки; странно, что часто их вешают именно в нижней части двери, на уровне собачьей морды; может, считают, что так собаке будет удобней прочесть?...

...И- ничего не происходит.

Но если так говорить, посмотрите- обязательно что-то случится. Так можно даже накликать беду. Предрассудки там или суеверия- не знаю; а только если придёт мне в голову, например: "Давненько живот у меня не болел...или голова..."- назавтра же, будьте уверены, эта часть тела и заболит!

Так случилось и в ночь на шестое апреля**.

Утомлённые жизненной монотонностью, легли мы в свои кровати, как вдруг....

В три часа наша собака зашлась оглушительным лаем, вспрыгивая на постель.

Жалюзи на окнах затрещали...

-Воры!- вскочил испуганный Марчелло, тараща глаза и пригибаясь.

…................................................................................

*MAДOHHИHAHEБOЛЬШAЯ ФИГУPKA MAДOHHЫ, KOTOPУЮ CTABЯT ПOД HABECOM HA ПEPEKPECTKAX ДOPOГ, ПEPECEЧEHИИ УЛИЦ И T.Д- ( ПPИM.ABT.)

** 6 AПPEЛЯ 2009 Г.

Марчелло давно ожидал и боялся воров.

И правда, могло показаться вначале, что снаружи, с балкона, к нам кто-то ломится. Но уже задвигалась, заездила подо мною кровать, и я мигом узнала эту вибрацию и странный подземный гул, будто от поезда метро.

- Это, Марчелло, — сказала я, — землетрясение.

Через секунду мы уже стояли в наших неэлегантных пижамах на балконе- у него штаны чуть ниже колен и намного выше щиколотки- и смотрели, выпучив глаза, на наших соседей на другом балконе, в таких же нарядах и с ребёнком на руках.

-Что такое?! Вы слышали?...- спрашивала встревоженно соседка с ребёнком; но в то же самое время, заметила я, исподтишка рассматривала, как мы одеты.

Если моя голубая пижама была не бог весть что, но хотя бы брюки- нормальной длины, то что касается Марчелло- вид у него в этих подстреленных панталонах был решительно неприличный; но в тот момент я промолчала ...

Вернулись в дом, включили телевизор. В Италии, пока не включишь телевизор- ничего не поймёшь.

Даже если твердь земная разверзается перед тобой- то не веришь своим глазам, пока не скажут об этом официально. По телевизору.

-А!...- восклицал удивлённо Марчелло, открыв рот и слушая экстренный выпуск.

Оказывается, только что в Аквиле, столице нашего региона Абруццо, где-то в пятидесяти километрах от наз, произошли толчки в 5,8 баллов по шкале Рихтера или в 9 баллов по какой-то там шкале Меркалли.

- Порко Джуда!...Значит, действительно- землетрясение, — поражался он, как будто сам только что не трясся вместе с балконом, вцепившись в перила.

В течение ночи толчки продолжались, но были слабей, и до нас, слава богу, доходили не все, что позволяло надеяться, что всё стабилизируется, "утрясается".

За эти сутки центр Аквилы был практически стёрт с лица земли, а также пострадали крупные центры в окрестностях типа Паганики и городки поменьше.

Последующие два дня довершили начатое: рухнуло всё, что ещё стояло на ногах, и мёртвые вместе с пропавшими без вести( где-то, естественно, под обломками) исчислялись сотнями, а раненые -тысячами.

Большинство итальянских семей имеет разветвлённую сеть родственных связей, и потерпевшие в ближайшие дни рассосались по городам и сёлам Абруццо, по другим регионам Италии, заполнили приморские гостиницы. Те же, кому идти было некуда и те, кто не хотел покидать Аквилу, были размещены в палаточных городках. Вид у многих был жалкий: кутались в казённые одеяла, некоторые, только что спасённые из-под обломков, были в одном белье и плакали, неизвестно что или кого потеряв...

Конечно, плакали не от холода; хотя не обрадуешься, оказавшись там на улице в таком виде! Аквила, на высоте семисот-восьмисот метров на уровне моря- один из самых холодных городив в Италии. Даже летом, делая в Аквиле пересадку по пути в Рим, постояв с четверть часа на автовокзале, мне хотелось бежать в ближайший магазин за шерстяным свитером.

С раннего утра поступали взволнованные звонки, приходили э-мэйлы от родных и знакомых- как мы там, ещё не под обломками?

Нет, отвечала я, всё в порядке. Нас трясёт, но наш дом стоит, держится.

Пока.

И должен стоять, будь он неладен! Нам за него ещё лет двадцать платить.

В Фейсбуке меня спрашивали: "Так вы что, живёте в самом Амбруцио?", не зная точно, что это такое- город или регион?

"Да, в нём самом", — отвечала я.

И так уж я от этого "Амбруцио" была не в восторге- красивый район, но скотоводческий, всё овцеводы да козловоды- так тут нате вам ещё, землетрясение!

- Если у тебя за дом ещё не выплачено, — подсказывали другие, — значит, он должен быть застрахован.

А ещё советовали собрать всё самое необходимое- деньги, домументы и прочее- в сумку, на случай поспешного бегства.

Очень трезвая мысль. Если уж попадёшь в лагерь беженцев, то неплохо иметь кое-что на первое время, а не остаться вот так в одних трусах, что на тебе, даже без смены белья! И не мешало бы в последний раз искупаться, а то потом- когда ещё придётся?

А может, сходить ещё и в парикмахерскую? Нет?

Я начала искать в документах и-таки нашла страховку! Да, квартира застрахована на семьдесят пять тысяч. Уффф...Сперва отлегло от сердца. Даже стала себе предстaвлять, как этот дом рушится- может, и к лучшему- и я возвращаюсь в Ростов и покупаю себе квартиру, а может, и две поменьше. В одной живу, а те, остальные, сдаю. Какая наивность!

До землетрясения некоторые вопросы меня совсем не интересовали; была в полном неведеньи. Вечером Марчелло мне пояснил, что застрахованы не мы, а банк. Если наш дом рухнет, то банк, что выдал нам ссуду, получит свои семьдесят пять тысяч, а мы, освобождённые от обязанности платить, пойдём себе жить преспокойно под мост; или, в лучшем случае, нам выделят какой-нибудь барак.

Оказалось, что люди, потерпевшие землетрясение двадцать лет назад в Умбрии, Салерно и других местах, до сих пор ещё не все устроены. Далеко не у всех есть нормальное жильё. Так что- от разрушения дома никаких выгод мне ждать не приходится.

Стой, родимый, держись, не падай!...

По телевизору опять показывали ужасные кадры: полуголых людей извлекают из-под развалин... Видя, что на ночь глядя Марчелло опять надел позорные штаны, я намекнула ему:

- Не хочешь одеть что-нибудь поприличнее?..

- В смысле?

-Если окажемся опять на улице, все люди будут на тебя смотреть...Учти, что тебе потом не скоро дадут, во что переодеться!

- Э, Ольга!- отмахнулся он. — Если окажешься на улице- потом уже неважно, как ты выглядишь.

-Ну, делай, как знаешь!

Похоже, ему было безразлично, в чём его будут тащить из-под обломков.

Я лично одела на ночь домашний костюм "Guess", чёрный бархатистый с золотыми змейками- в нём будет нестыдно явиться соседям. И так, хотя бы, стоя на улице у развалин родного дома и кутаясь в выданное спасателями одеяло (при этом вас снимает телевидение), я не совсем потеряю собственное достоинство.

Поставила к двери саквояж, в который, правда, мало что поместилось: целый архив моих документов, три романа- ужасно тяжёлых, ёмких (и ведь надо же- не догадалась взять вместо печатных копий CD!), три смены нижнего белья, очки, зонтик и бабушкины бриллианты.

Ночь, однако, прошла спокойно.

В Атри, который всего в десяти километрах от нас, но расположен намного выше, четыреста-пятьсот метров над уровнем моря- толчки были намного сильнее.

У Дженни в спальне опасно накренился шкаф, грозя упасть на кровать и придавить несчастную. С полок посыпались на пол вазы и безделушки...

Сама Миллз осталась лежать недвижно, ожидая конца толчков...или другого конца, не от храбрости и презрения к смерти, а из-за беспомощности. С её болезнью резво вскочить с кровати и побежать без подпорок-протезов к двери- было никак не возможно.

…......................................................................................

Bocьмого апреля Атри- не узнать. Это больше не праздничный город башен и колоколен с любопытными туристами повсюду.

По пустынным улицам медленно кружат в тумане, со скоростью похоронного кортежа, две машины: передняя с громкоговорителем и позади другая- муниципальной полиции. Голосом, каким объявляют важные новости в фильмах о Второй мировой, вещают:

"Администрация коммуны обращается к гражданам с просьбой не поддаваться панике, не верить необоснованным слухам..." "Администрация коммуны..."

И так — беспрерывно.

Каким именно "необоснованным слухам" не следует верить- не говорят. Хочу спросить кого-нибудь из жителей, но что-то не найду, к кому обратиться.

Обстановка какая-то сюрреальная, как в плохом сне. Непривычная тишина в этих средневековых кварталах, за исключением двух машин, что ездят по кругу...

Редкие обыватели или беседуют между собой, тесно сплотившись в кружки, или перегораживают площадь у ратуши для какого-то митинга или манифестации. Тут же стоят столы для сбора помощи жертвам землетрясения.

В какой-то момент, делая следующий круг у церкви святого Николы, машины преграждают путь настоящей похоронной процессии...Им приходится ускорить темп и свернуть в переулок, чтобы не мешать торжественному шествию священника и толпы за машиной с венками; погибло двое студентов из Атри, учившихся в Аквиле- мальчик и девочка. Когда рухнул "дом студентов", были многочисленные жертвы; но эти, из Атри, учились в одном лицее с моей дочкой...

Другая бывшая одноклассница, тоже студентка университета в Аквиле, позвонила ей, чтобы сказать, что осталась жива. Чудом.

Оказалось, предупреждения администрации о "необоснованных слухах" относились к фактам мародёрства, имевшим, к сожалению, место.

Некоторые лица, воспользовавшись катаклизмом, пошли по пустым домам воровать, а также подстрекали население покинуть жильё, поднимая панику и посылая людям телефонные sms о предстоящих якобы сильных толчках...

…...............................................................

Правительство Берлускони не осталось равнодушным к несчастью и объявило, что в помощь пострадавшим от землетрясения будут приняты специальные меры: потерявшие кров, например, не должны платить за воду, газ, свет и могут не выплачивать ссуды в течение двух месяцев.

Апплодисменты, гул одобрения.

- Правильно!- поддерживает Марчелло, глядя телевизор с вилкой в руке.

Правильно? Не знаю; видимо, у итальянцев какие-то другие мозги, или мой иностранный разум не может чего-то понять.

Какую ссуду можно не платить два месяца- за разрушенный дом? За что же платить, если дома уже нет? А также спасибо, что разрешают не платить два месяца за воду, газ, свет, которые мы, не живя там, не потребляем...Мне эти "меры" кажутся просто абсурдом.

- И верно, — смеётся Марчелло, поразмыслив.- Вот сволочи, а? Издеваются над людьми.

Мадонна прислала бывшим землякам из Абруццо пол-миллиона евро.

Папа Римский был менее щедр; зато к незначительной сумме денег добавил пятьсот шоколадных пасхальных яиц- подарок потерпевшим к празднику.

Постепенно к подземным толчкам начали привыкать.

Я измеряла их силу на глаз. До "пяти" по шкале Рихтера фигурки Битлз стойко держались на ногах; от пяти и выше- падали у себя на полке.

...Просыпались почти каждую ночь в час, три или в пять утра от зловещих вибраций, но потом не помнили точно- были толчки или нет, вчера это было или сегодня- всё как-то перемешалось. У некоторых появилось даже циничное отношение.

- Не помню, были сегодня толчки или нет?- спрашивает Катя.

Я тоже не помню. В памяти осталось только, что в пять утра я включила телевизор и смотрела какой-то ужасный фильм.

- Что-то меня беспокоило- это точно, — говорю. — Может, и были толчки.

- Наверное, это пёрднул твой муж!...- по-хамски отвечает Катя.

Они с Марчелло опять повздорили и она показывает ему своё неуважение.

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи.

244